Разумнее запомнить 1–2 фразы, чем выучить 50 слов

Придумывать каждый раз новый способ выразить одну и ту же мысль — это работа писателя, который ищет свой стиль. Делать это ежедневно, просто чтобы договориться о встрече, невозможно. А на чужом языке ещё и в разы тяжелее: активный словарь там куда беднее, чем на родном.

Готовая фраза достаётся из памяти целиком, одним движением. Это не ощущение, это измерено: Конклин и Шмитт сравнили, как быстро люди читают устойчивые выражения и обычные фразы из тех же слов, и устойчивые оказались быстрее — причём и у носителей, и у изучающих язык. Мозг хранит такие последовательности целиком в долговременной памяти и не собирает их каждый раз заново в тесной рабочей памяти.

Все мы видели эти таблички с временами, и я не буду уговаривать вас от них отказаться — иногда они правда помогают разложить всё по полочкам. Но для того, чтобы заговорить, полезнее помнить строчку из любимой песни или фильма.

Когда исполнитель поёт «Can't Help Falling in Love», и вы слышите это каждый день по дороге на работу, фраза отпечатывается в памяти сама. И вам уже не нужно зубрить правило про герундий — вы просто знаете, что can't help doing something значит «не могу не». А дальше начинается самое интересное: из этой строчки вынимается шаблон I can't help + -ing, и вот вы уже говорите I can't help laughing, I can't help thinking about it. Одна песня — и целая конструкция ваша.

Есть соблазн думать, что «настоящий» язык — это когда вы каждый раз строите оригинальное предложение. На самом деле носители так не говорят. Эрман и Уоррен разобрали устные и письменные тексты вручную и насчитали, что готовые сочетания занимают около 58,6% устной речи и 52,3% письменной — то есть примерно половину всего, что мы говорим.

Другие оценки расходятся, от трети до 80% в зависимости от того, как считать, но вывод везде один: готовые фразы — не украшение поверх грамматики, а её основная масса.

Собирая предложение по словам, мы бессознательно строим его по схеме родного языка. Так появляются I am agree вместо I agree и I have 25 years вместо I'm 25. Готовая фраза приходит уже с чужой логикой внутри — со «странным» порядком слов, с предлогом, который ниоткуда не выводится.

Почему on Monday, но in July и at 5 o'clock? Никакая табличка это не объяснит, потому что объяснения нет. Зато on Monday morning и see you at five запоминаются как единое целое — без всякого правила.

Слово, выученное отдельно, вы и произнесёте отдельно — с паузой с обеих сторон. А фраза усваивается со всей своей связностью: What are you gonna do? учится одним куском, а не четырьмя, и звучит так, как её реально произносят, а не как она пишется.

Вернёмся к началу. 200 слов — и вы всё ещё молчите. 20 фраз — и вы уже можете представиться, заказать кофе, спросить дорогу и сказать, что вам нравится этот город.

Это тоже проверяли. Бурс с коллегами взяли 32 студента, 22 часа занятий и одинаковые материалы для обеих групп; разница была только в том, что одних учили замечать устойчивые сочетания, а другим оставили привычное деление на грамматику и лексику. Потом независимые эксперты, не знавшие, кто из какой группы, оценили устную речь студентов — и экспериментальную группу оценили выше. А количество устойчивых фраз в речи студента заметно совпадало с его оценкой за беглость. Исследование небольшое, но направление то же, что и у всех остальных.